Соглашение, подписанное премьер-министром Швеции Ульфом Кристерссоном и президентом Украины Владимиром Зеленским, приоткрыло дверь к сделке, масштабы которой заставляют насторожиться столицы по обе стороны Балтики. Речь идет о возможной передаче Киеву до 150 истребителей Gripen — цифре, способной перекроить баланс сил в небе над регионом.
Шведское правительство заявило: зафиксирован меморандум о намерениях, позволяющий двигаться к массовому экспортному контракту по Gripen. В документах фигурирует диапазон от 100 до 150 бортов — амбициозный ориентир, который пока не превращен в обязательство, но уже задает высокую планку.
Переговоры шли в Линчепинге — городе, который именуют авиационной столицей Швеции. Там, где рождаются самолеты, было принято политическое решение, способное задать новый темп европейской оборонной кооперации. Место выбрано не случайно: оно символизирует готовность Стокгольма поддержать Киев не словами, а возможностями своей авиационной школы.
Сама формулировка “массовая экспортная сделка” звучит дерзко. Вариант в 100–150 машин равен нескольким полноценно укомплектованным авиакрыльям. Такой пакет требует времени, инфраструктуры, пилотов, техников, логистики — и все это должно быть синхронизировано, прежде чем первые самолеты встанут на боевое дежурство.
Меморандум — это стартовая линия. За ней — юридические процедуры, экспортные лицензии, спецификации, графики поставок, обучение и интеграция с действующими системами управления и ПВО Украины. Сроки не раскрываются, конфигурации не объявлены, но сама возможность уже меняет сценарии и расчеты.
Политический сигнал тоже однозначен: Стокгольм готов рассматривать запрос Киева не точечно, а в рамках пакета, способного превратить украинскую авиацию в более современную и устойчивую к вызовам войны. В ожидании конкретики мировые рынки и военные аналитики внимательно следят за тем, как меморандум будет превращаться в дорожную карту.
Gripen: возможности и операторы
Gripen — шведский многоцелевой истребитель четвертого поколения, находящийся на вооружении ВВС страны с 1997 года. Это машина, создававшаяся под требования гибкости и быстрой адаптации. Сегодня она летает не только в Швеции, но и в Венгрии, Чехии, ЮАР и Таиланде, охватывая разные театры и климатические зоны.
Ключ к привлекательности Gripen — сочетание модернизируемой архитектуры и широкого спектра вооружений. Летательный аппарат способен применять американские ракеты AMRAAM, немецкие крылатые ракеты TAURUS и кассетные боеприпасы, что дает свободу конфигурирования под конкретные задачи и цели.
Потенциальная интеграция Gripen в украинское небо потребует тщательной увязки с имеющимися средствами радиолокации, системами наведения и обеспечением на аэродромах. Это не просто передача самолетов — это перенос целой экосистемы эксплуатации, обслуживания и подготовки, где каждая мелочь влияет на итоговую готовность.
Вопросы финансирования и темпы комплектации — отдельная интрига. Масштаб возможного контракта потребует как политической воли, так и экономической прочности. Решения об объемах, серийности и темпах будут определять, насколько быстро Украина сможет развернуть новый воздушный кулак.
Линчепинг, где встречались лидеры, — не только символ, но и практический центр компетенций: здесь аккумулируются производство, инженерная мысль и опыт эксплуатации. Именно отсюда может начаться путь самолетов, которые, если решение доведут до конца, изменят профиль украинского неба.
Для Киева ставка ясна: усиление воздушного щита и расширение возможностей по дальнему поражению целей. Для Стокгольма — проверка на зрелость собственной оборонной промышленности и подтверждение роли ответственного игрока европейской безопасности.
Официальные лица сдержанно комментируют сроки и конфигурации, но напряжение растет: каждое новое сообщение может стать отправной точкой для ускорения процессов. Пока цифры живут на бумаге, но сама перспектива — до 150 Gripen — уже работает как фактор стратегического сдерживания.
Теперь все зависит от того, насколько быстро договоренности обретут форму контрактов, расписаний и поставок. Мир затаил дыхание: впереди сложная логистика, тонкая дипломатия и борьба за время. И именно время в этой истории может стоить дороже всего.
