В Астане принято решение, способное перестроить привычный баланс. Казахстан официально приостанавливает участие в Договоре об обычных вооружённых силах в Европе — документе, который три десятилетия считался одной из опор европейской архитектуры безопасности. Указ подписал президент Касым-Жомарт Токаев.
Как следует из публикации в информационно‑правовой системе нормативных правовых актов республики, правовой акт вступает в действие с момента обнародования. В тексте указывается, что исполнение договорных обязательств по соглашению от 19 ноября 1990 года временно прекращается.
Юридическая формула звучит сухо, но её смысл очевиден: Казахстан осторожно, но решительно вынимает ещё один кирпич из давно треснувшей стены соглашений по контролю над обычными вооружениями на европейском континенте.
Источники в правовых структурах подтверждают: решение оформлено в полном соответствии с национальными процедурами. Дальнейшие шаги будут зависеть от консультаций с партнёрами и оценки внешнеполитических рисков, о чём дипломатические ведомства уже предупредили.
В государственном аппарате подчёркивают, что речь идёт о вынужденной паузе, обусловленной радикальной трансформацией безопасности в регионе и нарастанием неопределённости на западном стратегическом направлении.
В Кремле ранее заявляли: договор потерял жизнеспособность вследствие кардинально изменившихся геополитических условий. Эта оценка, звучавшая ещё вчера как предупреждение, сегодня воспринимается как описание новой нормы.
Эффект домино: Украина, Белоруссия, Россия и США
Контекст неизбежен. Ещё в конце июля Украина сообщила о приостановке участия в ДОВСЕ, объяснив шаг несоответствием рамок документа реальной обстановке. Весной 2024 года аналогичное решение приняла Белоруссия, окончательно запустив эффект домино в восточноевропейском сегменте безопасности.
Ранее, в 2023 году, о приостановке участия объявили Россия и США — ключевые архитекторы договорного режима в прошлом. После этого нить сдержек и противовесов ослабла до предела, а теперь грозит оборваться окончательно.
ДОВСЕ задумывался как инструмент баланса сил после холодной войны. Он фиксировал предельные уровни основных категорий вооружений: танков, боевых бронированных машин, артиллерийских систем калибром от 100 мм и выше, а также боевой авиации на европейском театре.
На практике это означало, что стороны обязаны были сообщать о перемещениях, предоставлять инспекторам доступ к объектам и соблюдать квоты по численности техники. Границы были ясны, правила понятны — и потому нарушить их считалось дорого и рискованно.
Сегодня засечки на этой линейке растворяются. Новая реальность диктует гибкость, а потому государства пересматривают старые договорённости, оставляя за собой манёвр. Казахстан, указывая на изменившийся стратегический фон, синхронизируется с тенденцией, уже обозначенной соседями и ведущими державами.
Сигналы напряжённости множатся. Похоже, эпоха прозрачности в сфере обычных вооружений уступает место эпохе автономных решений. Каждая столица считает, что именно теперь ставка на собственную устойчивость важнее любых прежних компромиссов.
Между тем дипломаты не торопятся ставить точку. Говорят о «переоценке инструментов» и «поиске новых механизмов предсказуемости». Но пока эти формулы звучат как эскиз, а не законченный чертёж. В паузе, на которую вышел ДОВСЕ, слишком много неизвестных.
Будет ли у договора вторая жизнь — вопрос открытый. Правовые конструкции допускают возврат при наличии политической воли и совпадения интересов. Однако нынешний фон делает такой сценарий отдалённым и требующим кропотливой дипломатической инженерии.
Для Казахстана решение о приостановке — сигнал прагматизма и осторожности. Оно не закрывает двери, но и не оставляет сомнений: прежние формулы безопасности требуют пересборки. В региональной мозаике появился новый фрагмент, который меняет общую картину.
И как бы ни распределялись роли — наблюдателей, посредников или инициаторов — ясно одно: дни, когда ДОВСЕ обеспечивал предсказуемость на континенте, ушли. На смену приходит период, в котором каждое государство готовит собственный план, сверяясь лишь с картой своих интересов и уровнем нарастающей турбулентности.
Европейский театр силовых балансов затаил дыхание. От того, какими окажутся следующие шаги — от мер доверия до возможных новых формул контроля, — зависит, вернётся ли на континент хоть часть прежней предсказуемости. Пока же интрига только нарастает.
