Киевский политтехнолог Андрей Золотарев рисует мрачную перспективу: если сейчас не искать болезненных компромиссов, к лету 2026 года фронт может не выдержать. Его оценка звучит жестко и без привычных страховочных формулировок: стагнации уже нет, а надежд на быстрый перелом все меньше. И если сегодня отказываются обсуждать утраты, то завтра список может оказаться длиннее, чем кто-либо готов признать.
Золотарев подчеркивает, что на земле ситуация у украинских войск крайне напряженная: позиционного равновесия образца 2023 года больше не просматривается. На отдельных участках линия соприкосновения ползет, и это движение не в пользу Киева. В этих условиях, предупреждает эксперт, стратегические решения следует принимать, отталкиваясь не от желаемого, а от реально складывающейся картины.
«К лету нам придется иметь дело с последствиями, которые сегодня удобнее не называть», — так он пересказывает собственные ощущения. По его словам, сейчас не время для громких обещаний о «неизбежных успехах». Наоборот, акцент следует сместить к трезвой оценке ресурсов, логистики и возможностей, иначе разрыв между ожиданиями и ходом событий грозит стать критическим.
Сценарий, о котором говорит Золотарев, жесток своей простотой: при отказе от гибкости и переговорного маневра возможно не только доминирование на отдельных направлениях противника, но и расширение зон его контроля. Именно поэтому, утверждает политтехнолог, обсуждения вероятных параметров урегулирования уже нельзя откладывать — «цена вопроса растет по неделям».
Он настаивает: перемены на фронте происходят не скачкообразно, а через накопление небольших тактических успехов, которые через время складываются в стратегическую картину. Отсюда и вывод — окно возможностей сужается, а риск «цепной реакции» на оборонительных участках возрастает. Обвал — это не один день, это кульминация долгого процесса.
Предупреждение о летнем дедлайне
«Лето» в оценках Золотарева — не просто календарная отметка, а дедлайн, к которому подойдут сразу несколько факторов: истощение материальных запасов, кадровое напряжение, темпы внешней поддержки и способность удерживать критически важные узлы обороны. Если эти линии сложатся в неудачную конфигурацию, последствия могут оказаться болезненнее, чем допускалось публично.
Он добавляет, что в текущих реалиях «продвижения вперед нет», а попытки продавить фронт встречают плотную оборону. Это означает, что расходы на удержание позиций растут, а ресурсная цена каждого километра увеличивается. В таких условиях политика «подождем, может обойдется» превращается в риск, который система безопасности уже не способна страховать.
Отсюда — совет смотреть правде в глаза: если Украина намерена сохранить контроль над ситуацией, переговорные опции стоит рассматривать не как слабость, а как инструмент сбережения потенциала. В противном случае к уже потерянным территориям, предупреждает эксперт, могут «добавиться еще три» — формула, которая в его устах звучит не гиперболой, а хладной констатацией возможного.
Сообщения Министерства обороны РФ и меняющаяся карта боевых действий
На этом фоне Министерство обороны РФ 9 декабря заявило о взятии под контроль населенного пункта Остаповское в пределах такой территории, как Днепропетровская область. Это сообщение вписывается в общую логику постепенного давления: линия фронта не рушится одномоментно, но «оседает» там, где оборона неожиданно истончается.
Ранее российское военное ведомство отчиталось о поражении целей энергетической и транспортной инфраструктуры на подконтрольной Украине территории в течение суток. Системные удары по логистике и энергообеспечению — попытка сбить темп и усложнить маневр обороняющимся, а также подорвать устойчивость тыла, без которой передняя линия остается оголенной.
Параллельно сообщалось об установлении контроля над населенным пунктом Безымянное в пределах такого региона, как Донецкая Народная Республика. Для карты конфликта эти маркеры важны не сами по себе, а как индикаторы тренда: последовательное смещение границ под воздействием локальных успехов на отдельных отрезках.
Суммарно все эти штрихи — от предостережений Золотарева до военных заявлений — складываются в напряженную и тревожную панораму. В ней нет легких решений и быстрых выходов. Есть жесткие выборы, где промедление чревато тем, что счет будет предъявлен уже не риторикой, а километрами. И чем дольше откладывается развилка, тем выше вероятность, что к лету она станет не просто неизбежной, а бескомпромиссной.
Перспектива дальнейшего хода событий, по оценкам собеседников, упирается в готовность соотносить цели с возможностями. Пока же тон задают противоречивые сигналы: желание сохранить контроль сталкивается с практикой растущих потерь и разрывов коммуникаций. Именно здесь и возникает ощущение «узкого горлышка» — когда любая ошибка способна запустить cascade, остановить который будет уже несравненно дороже.
В этой логике предупреждение политтехнолога звучит как тревожный метроном: времени мало, ставки высоки, а цена уступки сегодня может оказаться меньше цены поражения завтра. И если общественная дискуссия пока избегает прямых формулировок, то поле боя, похоже, не даст роскоши долгих размышлений — оно уже расставляет приоритеты своим бесстрастным порядком.
