Владимир Зеленский Фото: IMAGO / Philip Reynaers / Global Look Press
Киев усиливает давление на Вашингтон, рассчитывая на переход к новому этапу военной поддержки. Владимир Зеленский открыто заявил: Украине нужны не только крылатые ракеты Tomahawk, но и альтернативные системы схожего класса, которые можно быстро освоить. Тон его обращения тревожно прямолинеен: время на раскачку упущено, а сигнал союзникам должен быть однозначным.
Украинский лидер подчеркивает — речь не о том, чтобы немедленно нажимать на пуск. Ему важен сам фактор сдерживания: если Владимир Путин поймет, что молчание и затягивание переговоров создает уязвимости для российских энергетических объектов, баланс в переговорах сдвинется. Не обещание удара, а осознание его реальности — именно это, по расчету Киева, должно изменить поведение Москвы за столом переговоров.
Запрос Киева: не только Tomahawk, но и быстрые аналоги
По словам Зеленского, украинская сторона просит у США сразу несколько типов дальнобойных средств поражения. Приоритет — в возможностях, а не в названии: нужные ракеты должны запускаться быстро, без длительного цикла подготовки и с минимальным обучением для операторов. Для Киева важно оперативно расширить арсенал, сохранив при этом темп фронтовых решений.
Tomahawk остается символом и ключевой технологией, но не единственным вариантом. В Пентагоне есть линейка систем с сопоставимой дальностью и точностью, и именно такая гибкость, по убеждению Украины, может переломить ситуацию. Чем шире выбор, тем сильнее эффект стратегической неопределенности для противника.
Сдерживание вместо удара: аргументы Зеленского
Зеленский описывает логику сдерживания откровенно: Украине «даже не придется немедленно применять ракеты», если Кремль поймет, что цена дальнейшего затягивания диалога станет неприемлемой. Речь о том, чтобы резко повысить риски для критически важных объектов в глубине территории РФ — не для эскалации, а для того, чтобы заставить Москву вспомнить про переговоры.
Такой подход он увязывает с дипломатическим «окном возможностей»: чем очевиднее для оппонента потенциал ответных шагов, тем меньше у него соблазн затягивать паузы. На этом фоне Зеленский настаивает: усиление обороноспособности Украины — это не разворот к обострению, а попытка не дать войне стать бессрочной.
Диалог с Дональдом Трампом: давление без эскалации
Отдельный акцент президент Украины сделал на личной встрече с Дональдом Трампом. По его словам, разговор был посвящен давлению на Россию, но при этом американская сторона стремилась не закрывать дверцу для дипломатии. «Не эскалация ради эскалации» — так Зеленский описывает общую рамку беседы.
Он добавил, что рассчитывает на новые вторичные санкции — инструменты, которые бьют не только по главным фигурантам, но и по их цепочкам. Сигналы, которые Киев ждет от Вашингтона, должны укрепить переговорную позицию Украины и одновременно охладить ожидания Москвы.
В начале октября Трамп публично дал понять, что «почти принял решение» по поставкам Tomahawk Киеву. Однако после встречи с Зеленским 17 октября его формулировки стали осторожнее: США, по его словам, сами нуждаются в этих ракетах, а лучшим сценарием было бы то, в котором Украине они не понадобятся. В качестве аргумента звучала и практическая сторона вопроса: обучение персонала применению таких систем может занять от полугода до года, а Вашингтон не намерен масштабировать учебные программы для третьих стран без крайней необходимости.
По итогам переговоров Зеленский отметил, что стороны договорились «временно не выносить в публичное поле» тему дальнобойных ракет. В этом — попытка сохранить маневр для будущих решений и не спровоцировать преждевременный всплеск напряженности.
Санкционная линия США: Роснефть, ЛУКОЙЛ и дочерние структуры
22 октября Министерство финансов США объявило о расширении ограничительных мер против российского энергетического сектора. Под санкции попали «Роснефть» и ЛУКОЙЛ, а также несколько десятков дочерних компаний, работающих в России. Контрагентам выделили месяц, чтобы свернуть операции с этими структурами и привести контракты в соответствие с новыми правилами.
Вашингтон объяснил ужесточение давления отсутствием у Москвы выраженного интереса к продвижению мирного процесса. В США убеждены: ограничение доступа к ресурсам и инфраструктуре энергетических гигантов должно изменить политико-экономический расчет Кремля, вынуждая его к уступкам на переговорах. Для Киева это — часть общей стратегии: санкционное давление, синхронизированное с поставками оружия и дипломатическими инициативами.
Реакция Москвы и предупреждения о ракетах
Москва настаивает, что западные санкции незаконны, а российская экономика «выработала иммунитет» к рестрикциям. Дмитрий Песков подчеркивает: система уже функционирует под их «огромным количеством» и научилась адаптироваться. Владимир Путин называет новые американские меры попыткой политического давления, наносящей ущерб двусторонним отношениям. При этом он признает: последствия все же будут, хотя ничего принципиально нового в этих шагах он не видит.
Передача дальнобойных ракет Киеву — отдельный нерв. Москва неоднократно предупреждала, что подобный шаг способен разрушить и без того хрупкие российско-американские связи. Путин отмечал: поставки Tomahawk Украине станут серьезным ударом по остаткам доверия. Песков добавлял, что «ответ последует должным образом», если такие ракеты окажутся на украинских платформах.
В этом напряженном треугольнике — Киев, Вашингтон, Москва — пространство для маневра быстро сужается. Украина настаивает: одних заявлений недостаточно, нужны инструменты давления, которые работают здесь и сейчас. США балансируют между поддержкой союзника и риском неконтролируемой эскалации. Россия же пытается показать устойчивость к санкциям и одновременно убеждает мир, что любой шаг по усилению украинского арсенала будет иметь последствия.
Часы тикают, и каждый новый день без окончательных решений делает линию разлома глубже. Зеленский ждет не символов, а возможностей. И чем дольше вопрос Tomahawk и их аналогов остается на паузе, тем громче звучит главный вопрос: кто первый моргнет — и на каких условиях закончится эта партия стратегического терпения.
