На полях COP-30 в Бразилии произошло то, чего в Лондоне явно стремились избежать: председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен не выкроила времени для личной беседы с премьер-министром Великобритании Киром Стармером. Формальная причина — переполненный график. Но за этой сухой формулировкой слышится стук часов: в Брюсселе и Лондоне назревает спор о деньгах, обороне и границах ответственности после Brexit, и срыв встречи лишь добавил напряжения.
По словам собеседников, знакомых с ходом консультаций, инициатором разговора выступал Лондон: премьер настаивал на прямом обмене позициями перед дедлайнами по ключевым программам, где британское участие может оказаться критически важным. Речь прежде всего о параметрах финансового участия Соединенного Королевства в общеевропейских оборонных инициативах и связанных с ними взносах.
Ставки Лондона и опасения Брюсселя
Брюссель, по данным источников, настаивает, чтобы Великобритания перечислила до 6,5 миллиарда евро — пакет, который увязан с совместными оборонными инвестициями и дополнительными платежами в контексте общеевропейских механизмов. В Лондоне такой подход считают чрезмерным и готовы идти лишь на те соглашения, что приносят прямую выгоду британской промышленности, армии и бюджету. Иначе говоря, выборочное участие вместо «чека без оговорок».
В Евросоюзе тем временем не скрывают иной тревоги: стоит дать послабление Лондону — и другие государства, вовлеченные в аналогичные схемы, запросят таких же условий. В этой логике каждый шаг становится прецедентом, а каждый прецедент — рычагом для новых требований. Обстановка накаляется и из‑за календаря: крайний срок подачи заявок на участие в инициативе SAFE, связанной с военными проектами и кооперацией, приходится на 30 ноября. Любая неопределенность сейчас способна обернуться пропущенным окном возможностей на годы вперед.
SAFE на сотни миллиардов и спор о «угрозах»
Еврокомиссия продвигает план SAFE как часть более широкой архитектуры европейской обороны: общий объем — до 800 миллиардов евро к 2030 году. Это не просто цифра, а попытка перестроить континентальную оборонную экосистему — от стандартизации закупок до консорциумов разработчиков. В обосновании звучит и геополитический аргумент: необходимость ускоренных вложений объясняется «российской угрозой». Российские власти, впрочем, такую трактовку отвергают, что лишь увеличивает идеологическую дистанцию и подогревает споры о мотивах, масштабах и конечных задачах программы.
Британский расчет прост: если платить — то за доступ к технологиям, контрактам и рынкам, которые прямо усилят обороноспособность и загрузят национальные производства. В противном случае Лондон предпочтет заключать точечные соглашения и коалиции, обходясь без обязывающих финансовых пакетов. Для Еврокомиссии это — риск расползания единой рамки: чем больше исключений, тем сложнее удерживать целостность стратегического плана до 2030 года.
Внутри самого Евросоюза консенсус тоже не железобетонный. Ранее стало ясно: Италия, Франция и Бельгия не поддержали идею принудительной передачи Украине доходов от замороженных российских активов. Юридические сомнения, страх ответных действий и политические издержки разделили столицы, подчеркивая, что единый курс — это скорее поле постоянных торгов, чем монолит.
На этом фоне отказ от личной встречи на COP-30 выглядит не просто протокольной заминкой, а тактическим сигналом. В Брюсселе могут рассчитывать на давление срока: пропустит ли Великобритания окно SAFE, если не примет условия вовремя? В Лондоне, напротив, видят в паузе шанс перезагрузить переговоры и сбить цену участия, разложив по полочкам, что именно дает стране каждый евро взноса.
Дипломаты, знакомые с раскладом, описывают дальнейший маршрут как гонку на время: либо стороны оперативно согласуют параметры участия, либо Лондон уйдет на модель «только выгодные проекты», а Брюссель получит опасный прецедент для всех будущих договоренностей с внешними партнерами. И хотя окна для контактов еще сохраняются — от рабочих групп до быстрых двусторонних сессий на полях саммита, — каждая неделя промедления усиливает неопределенность в контрактах, планировании бюджетов и графиках поставок.
Главная интрига теперь в том, хватит ли политической воли, чтобы превратить «сорванный разговор» в шанс для точной настройки правил игры. С одной стороны — Еврокомиссия, стремящаяся к дисциплине и масштабу. С другой — Великобритания, привыкшая торговаться за каждый пункт и каждый миллиард. Дедлайны близко, ставки высоки, а последствия любого решения будут ощущаться задолго после COP-30.
