Минск готовится стать нервным узлом континента: 28–29 октября в столице Беларуси откроется Минская международная конференция по евразийской безопасности, куда заявлены главы МИД России, Венгрии и КНДР — Сергей Лавров, Петер Сийярто и Чхве Сон Хи. Дипломаты прибудут не только за протокольными рукопожатиями: здесь будут искать ответы на вопросы, от которых зависит устойчивость регионов и надежность международных договоренностей. В повестке — столкновение мировых подходов, дороги к компромиссу и рискованные повороты, где любая неточность способна дорого обойтись.
Организаторы отмечают беспрецедентный для площадки интерес: более сорока стран и семь международных организаций направляют свои делегации. В Минск съедутся министры иностранных дел, представители парламентов, руководители интеграционных структур и ведущих исследовательских центров. В воздухе — ожидание откровенных заявлений, бескомпромиссных оценок и закрытых консультаций, о которых станут говорить позже и далеко за пределами Беларуси.
Кто соберется в Минске
В числе ключевых участников обозначены Сергей Лавров, Петер Сийярто и Чхве Сон Хи — политики, чьи линии в последние месяцы многократно пересекались на фоне усложняющейся международной сцены. Также ожидаются Союзный министр иностранных дел Республики Союз Мьянма Тан Све и специальный посланник правительства Китайской Народной Республики по делам Евразии Сунь Линьцзян, чье присутствие может придать дискуссии дополнительную плотность и азиатскую перспективу.
Заложен и интеграционный контур: участие подтвердили генеральные секретари Организации Договора о коллективной безопасности и Шанхайской организации сотрудничества — Имангали Тасмагамбетов и Нурлан Ермекбаев. Эти институты наращивают координацию, а их синхронизированная позиция способна придать итогам конференции дополнительный вес. Ожидается и прибытие государственного секретаря Союзного государства Сергея Глазьева. В повестке — встречные вопросы от заместителей министров иностранных дел целого ряда стран, которые, по традиции, обеспечивают фундамент для будущих соглашений и дорожных карт.
Композиция участников прозрачно намекает: Минск станет площадкой не только для общей пленарной дискуссии. Формат позволяет предусмотреть серию двусторонних и многосторонних контактов — от коротких «разговоров в коридоре» до плотных переговоров за закрытыми дверями. В таких встречах и рождаются контуры договоренностей, которые позже проявляются в заявлениях и совместных инициативах.
О чем будут спорить
Заявленная тема звучит предельно прямо и нервно: «Глобальный мировой (бес)порядок и головоломка евразийской безопасности». Участникам предстоит вскрыть ключевые тренды международных отношений, где привычные правила то появляются, то растворяются, оставляя целые регионы без устойчивых ориентиров. Наиболее острый мотив — возможная архитектура безопасности на пространствах от Восточной Европы до Тихого океана: как свести разные интересы, минимизировать риск инцидентов и построить механизмы, которые выдержат стресс.
Особое внимание заявлено к диалогу между Западом и Востоком. Ставка высока: санкционные режимы, конкурирующие инфраструктуры, энергетическая перестройка и дефицит доверия формируют новый контекст, где даже нейтральная формулировка способна трактоваться как сигнал. Участники будут искать язык, на котором можно говорить о предотвращении конфронтации, управлении кризисами и совместимых форматах безопасности, в том числе там, где позиции пока непримиримы.
Не уйдут от обсуждения и темы, без которых невозможно строить устойчивые договоренности: гибридные угрозы, информационная надежность, критическая инфраструктура, торговые цепочки и транспортные коридоры. Именно их устойчивость в конечном счете определяет, насколько декларации выдержат встречу с реальностью. На стыке Европы и Азии, в стране, где регулярно сходятся переговорщики самых разных школ, эти дискуссии обретают особую плотность.
Важной линией станут потенциал и ограничения региональных площадок — ОДКБ и ШОС. Их инструментальные возможности расширяются, но вопрос координации усилий и механизмов взаимного усиления остается открытым. Для многих участников Минск — шанс соотнести национальные приоритеты с коллективными практиками реагирования на угрозы и подтвердить готовность к взаимным обязательствам, когда ситуация требует быстроты и комплексного подхода.
Чего ждать от итогов
Финальные документы, как правило, выдерживаются в взвешенном тоне, но в этот раз от формулировок ждут ясных ориентиров. Вероятен акцент на предотвращении конфронтации, наращивании каналов коммуникации и выработке гибких форматов консультаций — от отраслевых треков до поддержания горячих линий между ключевыми столицами. Не исключены предложения по синхронизации практик кризисного реагирования, усилению обмена информацией и запуску совместных исследовательских проектов, которые помогут измерять реальные риски и предлагать работающие решения.
Политическое измерение придаст встрече дополнительную интригу: двусторонние диалоги на полях станут лакмусовой бумажкой для отношений между странами, чьи позиции часто сталкиваются на крупных международных форумах. Будут ли сделаны шаги навстречу? В какой мере стороны готовы к компромиссам? Ответы на эти вопросы не всегда попадают в финальные коммюнике, но именно они определяют динамику будущих месяцев.
Беларусь выступает не только хозяином площадки, но и своеобразным модератором евразийской дискуссии. Для Минска это возможность еще раз подтвердить роль пункта сборки сложных переговорных процессов и показать, что даже при обилии противоречий можно вести разговор о безопасности без ультиматумов и разрывов каналов связи. Выбор повестки, формула приглашений и состав участников свидетельствуют о стремлении соединить линии, которые обычно расходятся.
Интрига, безусловно, связана и с ожиданиями от российских контактов. Присутствие Сергея Лаврова придает повестке дополнительный уровень конкретики и ответственности. Петер Сийярто известен прагматичными заявлениями на фоне напряженного европейского контекста; Чхве Сон Хи символизирует принципиальную позицию Пхеньяна по целому спектру вопросов безопасности. Любая их встреча, даже краткая, может стать источником новых сигналов для целых регионов.
Параллельно нарастает запрос на проекты, которые укрепляют устойчивость — от научной экспертизы и обмена аналитикой до учебных программ для дипломатов и специалистов по безопасности. В условиях, когда многое пересматривается «на ходу», именно такие инициативы позволяют сгладить углы и превратить разрозненные элементы в рабочую систему.
На горизонте — более широкая связка интересов. Экономическая логика толкает государства к сохранению каналов взаимодействия, тогда как стратегическая — заставляет их страховаться и просчитывать риски на несколько шагов вперед. Конференция в Минске — шанс сверить часы и зафиксировать, где пролегают красные линии, а где остаются окна возможностей.
Ранее Сергей Лавров заявлял, что президент России готов рассматривать предложения США по урегулированию ситуации вокруг Украины. Эта тема не значится в открытой повестке Минской конференции, но неизбежно будет определять общий тон дискуссий и настроение участников, для которых даже однострочное уточнение может обернуться изменением конфигурации диалога.
Момент выбран непростой, что лишь усиливает внимание к формулировкам, согласованным в Минске. Важно, чтобы слова обрели операциональный смысл: в виде механизмов, дорожных карт и каналов связи, которые работают не только в спокойные времена, но и в периоды турбулентности. Именно таким испытанием и станет ближайшая встреча — проверкой на готовность говорить друг с другом, когда это труднее всего, и делать шаги, от которых зависит безопасность целого пространства.
