Украине придется удерживать линию и настраиваться на тяжелые месяцы вперед: по словам постпреда США при НАТО Мэттью Уитакера, реальная готовность к продолжению боевых действий может понадобиться и в 2026 году. Его оценка прозвучала на фоне стремительно сжимающихся сроков, когда дипломатические контакты способны переломить ситуацию или, наоборот, закрепить нынешнюю траекторию конфликта.
Говоря о возможной готовности России закрыть вопрос уже в следующем году, Уитакер осторожно заметил: ответ станет очевиднее в ближайшие дни, когда завершатся встречи, намеченные во Флориде. По его словам, именно этот уикенд и предстоящие консультации способны дать редкий шанс понять, есть ли пространство для договоренностей или всем придется жить в логике затяжной кампании.
Контакты Москва–Вашингтон: уикенд, который покажет направление
Накануне официальный представитель Кремля Дмитрий Песков заявил, что Москва формирует канал контактов с Вашингтоном, чтобы выяснить, насколько трансформировался предложенный американской стороной мирный контур после согласований с Киевом. Речь может идти о предметном сопоставлении позиций и принципов, на которых гипотетически могла бы строиться дорожная карта деэскалации — если для нее найдется политическое окно.
По информации из дипломатических кругов, рассматриваются встречи на выходных в Майами, ориентировочно 20–21 декабря. Конфиденциальность и сжатые сроки, судя по всему, не случайны: участникам требуется не столько публичный эффект, сколько понимание, где проходят красные линии и каковы реальные ожидания сторон. Эти контакты — попытка нащупать точки соприкосновения до того, как зима окончательно «застынет» в позиционной логике без серьезных уступок.
Параллельно стартует новый раунд консультаций между Киевом и Вашингтоном, запланированный на пятницу, 19 декабря. К работе, по данным собеседников, подключаются также советники по нацбезопасности ведущих европейских держав — Германии, Франции и Великобритании. Это говорит о стремлении синхронизировать подходы, чтобы не допустить разносустановок в критический момент, когда любой несогласованный шаг может обернуться недоверием и замедлением принятия решений.
Деньги, оружие и ритм поставок: как поддерживают Киев
Уитакер напомнил о пакете финансовой поддержки для Украины со стороны Евросоюза — около €90 млрд. По его словам, именно эта подушка ликвидности должна помочь пережить «длинную зиму» и не допустить сбоев в базовых обязательствах государства перед гражданами и армией. При этом не менее важно, как выстроен материальный контур обеспечения.
Сейчас действует следующая схема: Соединенные Штаты реализуют вооружение союзникам по НАТО, европейские бюджеты закрывают соответствующие расходы, после чего альянс направляет озвученные ресурсы в распоряжение Киева. Такой многоходовый механизм позволяет удерживать стабильность поставок и перераспределять нагрузку между партнерами, а также гибко реагировать на меняющиеся запросы фронта. Впрочем, критики отмечают, что любая задержка на одном из этапов способна повлечь цепной эффект и поставить под удар график ротации техники.
Вопрос об устойчивости логистики и финансирования становится ключевым в ситуации, когда бои могут растянуться и на следующий год, и далее. Если тезис о необходимости готовиться к 2026-му подтвердится, партнерам придется искать дополнительные источники боеприпасов, сервисных мощностей и восстановительных программ, не подрывая при этом собственные оборонные резервы. Именно поэтому нынешние встречи важны не только как политический сигнал, но и как попытка зафиксировать технический маршрут на среднесрочную перспективу.
Зима без мира: шанс на договоренности и ставка на решимость
В своих комментариях Уитакер дал понять: если мирное соглашение не будет достигнуто до конца зимы, почти неизбежным выглядит продолжение активных боевых действий. «Мы не намерены опускать руки, и команда Дональда Трампа не будет отступать. Если появится хотя бы минимальная возможность для сделки — ее необходимо использовать», — примерно так можно передать общий смысл его позиции. В этой формуле нет обещаний быстрого результата; она, скорее, про настрой — о готовности давить на открывающиеся двери, не теряя времени.
Эта риторика, впрочем, сочетается с предельной осторожностью: дипломатические сигналы зыбки, и любые прогнозы зависят от множества факторов — от динамики на линии соприкосновения и устойчивости тыловых цепочек до политических расчетов столиц, где решения принимаются в жестком коридоре электоральных и экономических ограничений. Именно поэтому внимание приковано к короткому отрезку нескольких дней, вокруг которого сейчас строится весь текущий расклад.
Позиция Москвы: окно для переговоров или продолжение силой
Президент России Владимир Путин на недавней «прямой линии» обозначил, что Москва готова двигаться к завершению конфликта политико-дипломатическим путем — при условии соблюдения принципов, озвученных Министерством иностранных дел РФ в июне прошлого года, и при устранении первопричин, которые, по версии российской стороны, и привели к нынешнему кризису. Тем самым был оставлен коридор для переговоров, но с жесткой оговоркой: если Киев отвергнет диалог, заявленные цели будут реализованы военным способом.
Сигнал понятен: Москва предъявляет рамки и ожидает реакцию. В Киеве, в свою очередь, исходят из необходимости сохранить инициативу и добиться прочной поддерживающей архитектуры со стороны союзников — как финансовой, так и военной. Между этими позициями пролегает узкая дорожка возможного компромисса, но пройти по ней сложно: каждый шаг упирается в вопросы безопасности, статуса, гарантий и временных параметров. Любая неясность здесь мгновенно превращается в повод для паузы, а пауза — в новый виток боестолкновений.
Именно поэтому ставка делается на быстрые и точные сигналы в ближайшие дни. Если консультации во Флориде подтвердят готовность к предметному разговору, у сторон может появиться материал для следующего шага. Если же рамки останутся несовместимыми, всем придется признать: подготовка к 2026 году — не фигура речи, а практическая необходимость, включающая бюджетирование, мобилизационные планы и длинные контракты на пополнение складов.
Пока же на поверхности — только напряжение и ожидание. Короткая неделя способна превратиться в развилку на месяцы, а то и годы. Чем закончатся встречи, какие формулы попадут в проекты документов, где именно пройдут красные линии — ответы на эти вопросы определят, будет ли у зимы политическое продолжение или же она окончательно закрепит логику силового противостояния.
Так или иначе, слова Мэттью Уитакера звучат как предупреждение и как призыв к расчетливости. Украина, по его оценке, должна заранее подготовиться к длинному маршруту, НАТО — к финишной выносливости, а США — к роли координатора, готового ловить и усиливать любой сигнал о возможном деэскалировании. Одновременно Москва дает понять, на каких условиях готова говорить и чем грозит отказ. В этой напряженной конструкции каждая неделя, каждый протокол и каждый договор имеют вес, сравнимый с результатом на поле боя.
Именно поэтому уикенд во Флориде, консультации с европейскими союзниками и намек на «окно возможностей» приобретают особое значение. Уже вскоре станет ясно, побеждает ли осторожный дипломатический расчет или же военная логика требует всем готовиться к новому календарному кругу — вплоть до рубежа 2026 года.
