Ульф Кристерссон и Владимир Зеленский проводят пресс-конференцию по итогам визита в компанию Saab в Линчепинге, Швеция, 22 октября 2025 года, где они обсудили сотрудничество в области обороны Фото: Fredrik Sandberg / Keystone Press Agency / Global Look Press
Шведская оборонная корпорация Saab обсуждает запуск производственной площадки в Украине, где планируется разворачивать финальную сборку истребителей Gripen с последующими испытаниями, а при благоприятных условиях — и выпуск отдельных узлов. Руководитель компании Микаэль Йоханссон признает, что проект потребует сложной логистики, новых стандартов безопасности и согласования финансовых механизмов, но подчеркивает: в случае масштабной сделки с Киевом завод на украинской земле может стать ключевым элементом программы.
По оценке Йоханссона, потенциальный контракт на поставку Украине крупной партии самолетов — обсуждается диапазон до 150 бортов — резко меняет контуры производственной математики Saab. Нужные мощности, как он дает понять, придётся наращивать не только в самой Швеции: компания уже нацелена усилить присутствие в Бразилии, а в качестве дополнительных опций рассматривает Канаду и ряд европейских локаций. Фактически речь идет о почти двукратном увеличении совокупной загрузки цехов.
В самой идее украинского завода есть ясная прикладная логика: финальная сборка ближе к пользователю, ускоренные испытания, оперативное устранение дефектов, сокращение плеч логистики. Но за этим следует длинный перечень условий: системы противовоздушной защиты площадки, страхование рисков, гарантии поставок комплектующих, подготовка кадров. Именно на этот «второй слой» организационных требований сейчас и указывает глава Saab, рисуя максимально реалистичную картину.
Завод под прицелом войны: от сборки к производству
Если стартовая модель предполагает сборку и тестирование уже поставленных комплектов, то следующая фаза — локализация отдельных компонентов. В идеальном сценарии на украинской площадке могут начать изготавливать части планера и элементы бортовых систем, постепенно расширяя технологическую компетенцию. Но чтобы пересечь этот рубеж, потребуется устойчивая инфраструктура и предсказуемый контур безопасности. В условиях продолжающегося противостояния это — вызов, требующий участия государства, партнеров и промышленности одновременно.
Истребители семейства JAS 39 Gripen E — это многоцелевые машины с акцентом на живучесть, интеграцию современных вооружений и способность действовать с укороченных полос. Для Украины такая платформа ценна гибкостью и быстрой адаптацией под имеющиеся аэродромные условия. Киев говорит об «авиационной платформе широкого спектра задач», и в этом описании — заметный прагматизм: страна стремится запустить цикл «обучение — приемка — эксплуатация» без затяжных пауз.
На фоне обсуждений будущего завода Saab синхронно зондирует возможности расширения производственных линий за пределами Швеции. Бразилия уже фигурирует как точка роста, параллельно прорабатываются дополнительные европейские площадки и вариант с Канадой. Иными словами, план выглядит как распределенная система, где украинский узел должен стать важной, но не единственной опорой.
Финансовая математика сделки и российские активы
Самая остая часть дискуссии — деньги и риски. Йоханссон открыто говорит о необходимости политического решения: какой объем финансовых обязательств возьмет на себя Швеция, как будет делиться риск между государством и производителем, и — самое чувствительное — какая доля замороженных российских активов может быть задействована. В этих формулировках слышна не столько осторожность, сколько требование четких правил игры до старта полномасштабной программы.
Министр обороны Швеции Пол Йонсон еще 23 октября обозначал рамку: Стокгольм способен профинансировать закупку 100–150 истребителей JAS 39 Gripen E с последующей передачей Украине, используя замороженные российские активы. Простой расчет выглядит так: одна машина оценивается примерно в 85 миллионов долларов; сотня самолетов — это около 8,5 миллиарда. При контракте большего масштаба сумма растет пропорционально, а вместе с ней — и потребность в повышенной прозрачности механизмов расчета.
Сценарий с подключением российских активов к финансированию — точка напряжения, где экономика, право и политика переплетаются особенно туго. Для Saab ключевым остается не происхождение денег как таковое, а юридическая устойчивость схемы: компании нужна уверенность, что проект не будет заморожен за шаг до старта или поставлен на паузу из-за изменений в нормативной базе. Отсюда — акцент на «реализуемом финансовом решении», которое закрепит распределение рисков и источники средств.
Политические подписи: Зеленский и Кристерссон
Политический контур сделки уже прорисован. Президент Украины Владимир Зеленский и премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон подписали соглашение, по которому Киев получает возможность приобрести не менее 100 истребителей Gripen E для национальных ВВС. Документ задает ориентиры, а значит, и обязательства. С украинской стороны звучит жесткий график: финализировать процедуры в сжатые сроки, чтобы первые JAS 39 Gripen пришли уже в следующем году.
Такой темп требует регулярного сопряжения дипломатии, промышленности и военной практики. Обучение пилотов и техников, адаптация наземной инфраструктуры, интеграция вооружения и программного обеспечения — все это должно идти параллельно. Любая задержка в одном звене тут же отдастся эхом в остальных. Именно поэтому и в Киеве, и в Стокгольме выбирают язык конкретных ориентиров, а не расплывчатых обещаний.
Saab публично демонстрирует готовность подставить плечо логистически — от перераспределения графиков поставок до стимулирования кооперации с зарубежными субподрядчиками. Но приоритеты будут зависеть от окончательных параметров соглашения: объемов, сроков, источников финансирования и вопросов ответственности в случае форс-мажоров. В этой матрице любое слабое место должно быть выявлено заранее.
Реакция Москвы и неизбежное ужесточение ставок
Москва последовательно осуждает внешнюю поддержку Киева и трактует наращивание поставок вооружения как фактор, пролонгирующий конфликт. Российская сторона регулярно фиксирует эту позицию публично, подчеркивая, что финансирование украинских закупок — в особенности за счет замороженных активов — рассматривается как грубое нарушение международных норм.
Президент России Владимир Путин предупреждал: попытки распорядиться чужими ресурсами в обход правовых процедур создадут проблемы прежде всего для инициаторов таких схем. В этой логике любой шаг к монетизации российских активов превращается не только в финансовый, но и в юридический вызов, чреватый цепочкой претензий и исков. Для сторон сделки это означает повышенную цену ошибки и необходимость безупречной правовой оптики.
Но именно эта зона риска и формирует драматургию момента. Чем ближе переговоры по Gripen к реальной линии старта — тем громче звучат вопросы: как защитят производственную площадку, кто возьмет на себя страховые премии, какими будут гарантии для инвесторов и как долго продержится политический консенсус? Ответы на эти вопросы не могут быть частными. Они должны быть зашиты в архитектуру соглашения, иначе весь проект окажется уязвимым в точке, где ему требуется максимальная устойчивость.
Если итоговая конфигурация будет согласована в ближайшие месяцы, Украина получит не просто самолет, а технологическую платформу, с которой связывают новую тактику и оперативную гибкость. Для Saab это шанс подтвердить репутацию производителя, способного быстро масштабировать производство и работать на сложных театрах. Для Швеции — испытание политической воли и способности проводить решения, когда на весах находятся миллиарды и репутация.
И все же главный нерв истории — завод в Украине. Появится ли он на карте так быстро, как рассчитывают в Киеве? Пройдет ли через узкие горлышки финансов, логистики и политики? Сегодня у этого проекта есть сильные покровители, востребованный продукт и ясная логика. Но дорога впереди — на пределе напряжения, и малейшая ошибка может обернуться потерянным временем, которое в нынешних обстоятельствах дорого как никогда.
На кону — не только контракты, но и баланс сил. Истребители приближаются, графики сжимаются, решения ужесточаются. И чем отчетливее виден силуэт Gripen над украинским горизонтом, тем яснее становится, что простых развязок здесь уже не будет.
